Когда рак на горе свистнет...
Они живут в школах-интернатах, воруют друг у друга, называют всех взрослых женщин «мамами», просят «купить жувачку» и, куда бы они ни ушли из интерната, даже если в лес, к бомжам, говорят, что уходили «домой». Потом они вырастают и уходят из интернатов, общежитий при образовательных учреждениях на вольные хлеба… Федеральное законодательство не предполагает, чтобы дети, лишенные родителей, годами ждали своей очереди на получение квартиры. Государство обязано предоставить осиротевшим детям жилье во внеочередном порядке, если у них нет закрепленного жилья. Однако до недавнего времени сироты практически не обеспечивались крышей над головой. Сегодня в Курской области несколько тысяч из них ожидают свои квадратные метры. В эту бесконечную очередь входят и те, кому в силу своего возраста получать квартиру еще рано, и те, кто должен был ее получить давно.
Герои рассказа
Когда они дерутся, они отбивают друг у друга почки, ломают друг другу носы, потом их за это отправляют в детскую колонию, в психушку, в пожизненный интернат, в дом престарелых. Они очень часто говорят слово «мы», но так же часто «стучат» воспитателям, учителям, всем взрослым о преступлениях тех, кто входит в понятие «мы», о тех, кто живет с ними в одной комнате, сидит за одной партой, моется в одном душе, ест в одной столовой.
Они очень грубы. Они знают все страшные слова и говорят их, как только становится необходимо постоять за себя, и тратят на борьбу за себя столько энергии, что у их противников от этой магии начинаются судороги. Если кто-то из них косой или другой национальности, ему никогда не дадут этого забыть.
Они невероятно нежны. Они часто обнимают воспитателей.
«Можно я буду называть тебя мамой?» - «Можно». «Мам, гляди, гули, мам, посмотри, а почему фонари висят на проводах, мам, а мы еще будем кушать «Агушку»? Мам, ну почему ты так поздно пришла! Мам, ты меня не слушаешь…» Нужно научиться откликаться на «маму». Это такая игра. Эта ролевая игра имеет более глубокий смысл, чем все ролевые игры. «Тетя Таня, я хотела бы, чтобы вы были моей мамой…» «Он мой папа, а она моя мама, а это мой брат». Это игра в детство. У них нет детства, потому что им приходится быть хитрыми и самостоятельными. Их нежность бывает очень хорошо продуманной.
Они очень корыстны. Они постоянно что-то выпрашивают: деньги, еду, игрушки, технику, хотя государство им дает «детские деньги». Их внимание мгновенно переключается на того взрослого, который может дать больше.
Они мечтают встретить своих родителей и ненавидят их за то, что те их оставили. Они не могут поверить, что родители их именно бросили, они придумывают, будто родители их потеряли, будто злой директор интерната специально обманывает их родителей, прячет от них детей.
Они становятся взрослыми. Все мечты о семье и счастливом детстве тают. И теперь интернат навсегда останется их домом. Они будут приходить сюда и поддерживать связь с учителями.
Одни из сирот идут по пути своих непутевых мам и пап, которых когда-то лишили родительских прав. Пускаются во все тяжкие, попадают в зависимость от алкоголя, наркотиков, воровства… Другие, более разумные, становятся полноценными членами общества, заводят семьи, работают. Но, несмотря на то, какую жизненную дорогу для себя избрали бывшие воспитанники детдомов, государство обязано всех нуждающихся обеспечить жильем.
С новосельем!
На минувшей неделе ключи от новых долгожданных квартир получили 28 человек. Первоочередники из Обоянского и Медвенского районов социальной категории «дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей» получили однокомнатные благоустроенные квартиры в семи новых, специально для них построенных одноэтажных домах в Обояни.
Поздравляя новоселов с очень значимым в их жизни событием, заместитель губернатора Курской области Александр Демин отметил, что жилищная проблема для данной категории граждан долгое время и в стране, и в области оставалась трудноразрешимой. Но с 2006 года вопрос обеспечения жильем социально защищаемых законом категорий граждан областная администрация взяла на особый контроль. В регионе были приняты долгосрочные целевые программы по строительству жилья для ветеранов войны и труда, инвалидов, работников бюджетных организаций, военных, а также молодых и многодетных семей. Они успешно реализуются. Жилье за это время смогли получить свыше 3,5 тысячи льготных категорий граждан, в том числе более 700 молодых и 54 многодетные семьи.
Массовое мероприятие в Обояни привлекло местных жителей. Пришли не только зеваки. Две пенсионерки решили посмотреть, что же это за домики такие: маленькие, аккуратные, да и построены были так быстро, словно из картонных коробок наспех собраны… Тут же завязалось обсуждение, но мнения женщин разошлись:
- Да… Где тут можно разместиться в такой тесноте... У нее же вон муж и ребенок. Тоже мне - жилье называется… Если уже берутся за дело, так пусть и выполняют его на отлично. А то разрекламировали так, словно тут стройка века шла! А на самом деле гроша ломаного не стоит вся эта церемония вручения ключей.
- Вечно ты всем недовольная! Пусть скажут спасибо, что хоть такое жилье дали. Это же совершенно бесплатно. Они же из детдомов все. Не известно, где они вообще жили, как перебивались без своего угла до сих пор. А тут смотри-ка: тепло, светло, живи - не хочу…
Живи - не хочу
Вслед за пенсионеркой невольно задумываешься, где живут сироты после окончания учебных заведений, ожидая свои законные квадратные метры... Парням в этом плане, с одной стороны, проще: можно отправиться служить в армию по контракту, можно в Москву «на заработки». Но, с другой стороны, если бывший воспитанник интерната решит создать семью, то куда он приведет свою жену... Конечно, современная молодежь традиционные устои относительно «построй дом, посади дерево, вырасти сына» зачастую не приемлет, а значит, мужчина может найти себе невесту с жильем. И это будет вполне нормально.
На одном из заседаний правительства Курской области первый заместитель прокурора области Николай Студеникин в своем выступлении сказал: «Где живут сейчас эти люди? В притонах. Из-за отсутствия жилья они не могут получить регистрацию, социальную поддержку, у них нет медицинских полисов. Находящиеся в этом положении молодые женщины рожают детей, но не могут воспользоваться причитающимся им материнским капиталом».
Для одних воспитанников детских домов новое жилье - это новый этап в жизни. Это место, где можно наконец-то обосноваться. Да и вообще начать устраивать жизнь. Для других, уже успевших за годы ожиданий устроить свою жизнь, новое жилье открывает другие перспективы. Некоторые не станут переезжать, бросать работу (если жилье выделили в населенном пункте, в котором они не проживают). Проще сдавать новенькую однокомнатную квартиру кому-нибудь, а через 5 лет, когда можно будет приватизировать, продать ее.
Что касается возмущения пенсионерки из Обояни по поводу маленьких размеров предоставленного жилья, то ее суждения сугубо субъективны. Ведь одному щи жидкие, а другому бриллианты мелкие. Судите сами: сирот селят в однокомнатные квартиры одноэтажных 4-квартирных домов. Площадь одной квартиры 33,9 кв. метра. Это, конечно, не хоромы царские, но жить-то можно!
Старые письма о главном
Одной из основных задач прокуратуры Курской области является обеспечение исполнения законодательства о защите жилищных прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей.
Так, в 2009 году прокуратура области в связи с недостаточностью выделенных бюджетных средств направила в адрес губернатора Курской области информацию с предложением принять меры по дополнительному финансированию подпрограммы «Обеспечение жильем граждан из числа детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей» областной целевой программы «Жилище».
Прокурор Курской области сообщил, что в бюджете Курской области на 2010 год на эти цели выделено 3 000 тыс.рублей, то есть для 4-х граждан; при этом очередь составляла 199 человек. При таких темпах обеспечения жильем пришлось бы ждать 50 лет. Кроме того, каждый год данный список увеличивается на порядок.
Тогда на официальном сайте прокуратуры Курской области была опубликована информация: «Возникает вопрос. Куда деваются дети-сироты после окончания учебных заведений? Можно предположить, что они пополняют ряды сомнительных заведений. Почти 4 тысячи детей-сирот в Курской области нуждаются в жилье. Получать его они должны вне очереди, но зачастую ждать приходится лет десять, а то и дольше - когда сами они давно уже вышли из детского возраста и обзавелись собственными семьями».
Кроме того, при изучении проекта Закона Курской области «Об областном бюджете на 2011 год» прокуратура области установила, что планируемое финансирование мероприятий на приобретение жилых помещений для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, не позволит обеспечить крышей над головой всех граждан, подлежащих внеочередному обеспечению квадратными метрами. В связи с этим в адрес губернатора Курской области прокурор внес представление. В результате рассмотрения акта бюджетные ассигнования, направляемые на обеспечение жильем детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также лиц из их числа, на 2011 год были увеличены более чем в три раза.
Китайская Пасха настала!
Счастливыми обладателями жилплощади в позапрошлые годы в Курской области становились единицы. Так, по официальной информации, в 2007 году таких было 73, в 2008 году - 21, в 2009-м - 44. Нетрудно посчитать, что если бы и дальше каждые три года жилье получали по 138 сирот, то многие из граждан этой категории смогли бы реализовать свое право на крышу над головой, будучи глубокими стариками. Но, к всеобщему счастью, в 2011 году дело сдвинулось почти с мертвой точки. К всеобщему потому, что не известно, чем могло обернуться для региональных властей систематическое несоблюдение федерального законодательства… Ведь обеспечение жилыми помещениями по договору социального найма детей-сирот, детей, оставшихся без попечения родителей, а также находящихся под опекой и не имеющих закрепленного жилого помещения в соответствии с законодательством Российской Федерации является расходным обязательством субъектов Российской Федерации.
Что касается детей-сирот, то на начало 2011 года право на обеспечение жильем в нашей области имели 990 человек. К 2015 году планируется полностью ликвидировать эту очередь. По областной программе, принятой в феврале 2011 года, из консолидированного бюджета на эти цели выделяется свыше 2 миллиардов рублей. В том числе в 2011 году было направлено более 362 миллионов рублей, а на текущий год предусмотрено 374 миллиона рублей. Эта программа позволяет обеспечивать жильем ежегодно не менее 500 сирот. На выделенные из федерального бюджета средства в прошлом году было приобретено 545 квартир в 16 муниципальных образованиях. В Курске ключи от квартир получили 157 детей-сирот. 4-квартирные дома построены и в 15 районах области. Так, в п. Кшенском Советского района детям-сиротам было выделено 28 квартир, в Фатеже - 30 квартир, Понырях - 32, Мантурово - 20, Золотухино - 24, Рыльске - 32, селе Крупец Дмитриевского района - 28, п. Карла Либкнехта Курчатовского района - 24, пос. Коренево - 28, Щиграх - 32, Льгове - 36, пос. Солнцево - 24, Горшечном - 16, в Железногорске - 6 квартир, в Обояни - 28.
Кроме того, региональные власти позаботились и о тех сиротах, у которых жилье есть (возможно, досталось от родителей), но средств на его ремонт нет. В конце 2011 года депутаты Курской областной Думы рассмотрели законопроект «О предоставлении дополнительной меры социальной поддержки по ремонту жилых помещений, закрепленных на правах собственности за детьми-сиротами и детьми, оставшимися без попечения родителей, а также лицами из их числа». Уже обследовано почти 500 таких квартир, из которых 98 требуют ремонта.
Единовременную выплату из областного бюджета на руки не выдадут. Ее перечислят на счет подрядной организации, которая будет выполнять ремонт, после заключения трехстороннего договора между заинтересованными сторонами. Это сделано для того, чтобы максимально защитить интересы сироты и не допустить мошенничества или обмана фирмой-исполнителем. Как пояснила заместитель председателя областной думы Татьяна Воронина, стоимость ремонта одного квадратного метра, по предварительной оценке, составит три тысячи рублей. Максимальный метраж, который можно будет отремонтировать за счет бюджетных средств, - 33 квадратных метра.
Решена ли проблема?
Так и хочется порадоваться… Ведь дан хороший старт. Но приятные эмоции не только от того, что более пятисот детей (некоторые уже стали взрослыми) в прошлом году уже получили квартиры. Радостно от мысли, что впереди огромная работа и сотни счастливых судеб… Такими словами хотелось бы закончить эту статью, но нет. Работа-то огромная, но судьбы далеко не счастливые… Ежегодно из детских домов России во взрослую жизнь, как в космос, выходят более 20 тысяч человек. Дальнейшая их судьба сухо-безжалостно изложена языком прокурорской статистики: 40% в первые же годы попадают в тюрьму, еще 40% становятся бездомными, 10% кончают жизнь самоубийством. И только оставшиеся 10% - «условно успешные», среди которых алкоголики, проститутки и просто безработные, весь «успех» которых лишь в том, что они не доставляют особых хлопот государству. По-настоящему же успешных - доли процента. Принято считать, что единственный шанс, который дается выпускнику детдома, - это шанс на чудо. Но сами успешные детдомовцы уверены: пока мы будем подменять технологию мистикой, шансов не будет никаких.
Странная штука. Из года в год все телеканалы и газеты рисуют одну и ту же картинку. Чиновники, депутаты, прочие добрые взрослые люди в мундирах и в штатском развозят по интернатам тонны гуманитарной помощи - от конфет до компьютеров. Но с каждым годом все яснее становится, что принципиально это ничего не меняет. Одетые, обутые и накормленные дети с добротными игрушками после выхода из детдома точно так же пополняют тюрьмы, улицы, панели. К тому же государство к середине нулевых научилось само обеспечивать свои учреждения. Не научилось только одному – вкладываться в мозги, а не только в инвентарь.
- Все наши ребята благополучно устраиваются в жизни, - эта фраза любого директора любого интерната во время интервью. Люди с уставшими глазами разочаровавшихся в родине интеллигентов выдают эту стандартную фразу-клише, тысячи раз повторяя ее перед журналистами, коллегами и чиновниками на всевозможных конференциях, педсоветах и выпускных вечерах.
Правда, в первые же минуты частного разговора выясняется, что «устроиться в жизни» - это значит поступить в ПТУ. Это чуть ли не единственный шанс, который предоставляет выпускнику детдома государство. И пусть уже десятилетие ПТУ мимикрируют во всевозможные «лицеи», «колледжи» и прочие «реальные училища» - в жаргоне детдомовцев они так и остаются ПТУ или «хабзой». В этих учреждениях они становятся для педагогов главным источником головной боли, а для однокурсников - физической. Но никакая, даже самая адская головная боль не заставит администрацию ПТУ или колледжа публично сказать про детдомовских что-нибудь плохое. Потому что для их образовательного продукта детдом - главный поставщик учащихся, а значит, бюджетного финансирования.
Из детдома в ПТУ, из ПТУ в никуда - эта выстроенная на уровне любого муниципального образования цепочка делает бессмысленными любые усилия детдомовских педагогов взрастить в душах сирот хоть какие-то амбиции. А дав гарантию крыши над головой, власть удовлетворенно взирает над резолюцией в отчете «проблема решена». А решена ли?
Технология Матье: В интернат для трудных подростков, где царит атмосфера вечной войны между отмороженными детьми и осатаневшими взрослыми, приходит новый учитель пения - Клеман Матье. Невероятным напряжением педагогического таланта ему удается увлечь детей пением и организовать из них хор, который сам по себе становится мощным воспитательным инструментом. Это ставит под угрозу исповедуемую директором, мсье Рашеном, репрессивную систему управления. В результате Матье выгоняют с работы, хор распадается, но один из воспитанников, еще недавно считавшийся самым безнадежным, сбегает из интерната вслед за учителем, поступает в консерваторию и становится великим музыкантом.
Это краткое содержание французского фильма «Хористы». Он был снят с большим трудом, но за последние 8 лет стал культовым для всех успешных детдомовских выпускников, с которыми я общалась. И этот культ, пожалуй, единственное, что есть у них общего. А теперь еще и гарантия крыши над головой. Уже две постоянные величины для социальной адаптации. Нужно копать дальше. Как и чем? И ответов государство не дает. «Авось само устаканится. Мы же свою часть социального договора выполнили…»
Во всем мире самым приемлемым способом социальной адаптации детей-сирот, конечно, является усыновление. Отношение российского общества к этой процедуре прямо противоположно западному. Российскому гражданину, усыновившему ребенка, по закону положены льготы. В США же, как и в большинстве стран Западной Европы (за исключением скандинавских), будущим родителям не только не полагается «компенсация» за ответственный шаг, но, напротив, с них требуется огромное количество всяческих подтверждений собственной состоятельности для принятия такого решения. Потенциальные усыновители должны предъявить практически все, что может описать их жизнь: от финансовых документов, свидетельствующих, что они могут обеспечить ребенку нормальный уровень проживания, образования и т.д., до медицинских анализов. Зато потом, после усыновления, они вправе рассчитывать на поддержку общества: к их услугам психологи, социальные работники, кризисные центры. В некоторых штатах США услуги врача и психолога для усыновленного ребенка предоставляются бесплатно. У нас все по-другому: после усыновления, кроме причитающихся минимальных в денежном выражении льгот, от государства, тем более от общества, никакой помощи ждать не приходится. Поэтому, казалось бы, логично, что за границей в развитых странах детей усыновляют чаще, чем в нашей стране. Это связано, конечно, с плохими условиями проживания, бедностью, но не только. Многие эксперты отмечают, что меньший процент усыновления в России сильно отличается от процента имеющих желание усыновить - таких гораздо больше.
Ада РАЕВА
